Конструкция валов, стен, рвов древних крепостей. Стена крепости


Оборонительные валы, рвы и стены крепостей

Валы и рвы

Земляные части оборонительных сооружений — естественные склоны, эскарпы, искусственные валы и рвы — были основой устройства русских крепостей XI–XII вв. Особенно большое значение имели земляные валы. Их насыпали из грунта, который имелся поблизости (чаще всего из земли, полученной при отрывании рвов), из глины, чернозема, лёсса и т. д., а в районах, где преобладал песок, — даже из песка. Правда, в таких случаях ядро вала защищали от осыпания деревянной опалубкой, как это обнаружено, например, при исследовании валов середины XII в. в Галиче-Мерьском. Конечно, лучше был плотный грунт, который хорошо держался и не рассыпался от дождя и ветра. Если же плотного грунта было мало, его использовали для насыпи передней части валов, их лицевого склона, а тыльную часть насыпали из более слабого или сыпучего грунта.

Валы сооружали, как правило, несимметричными; их передний склон делали более крутым, а тыльный — более пологим. Обычно передний склон валов имел крутизну от 30 до 45° к горизонту, а тыльный — от 25 до 30°. На тыльном склоне, примерно на середине его высоты, иногда делали горизонтальную террасу, которая позволяла передвигаться вдоль по валу. Часто тыльный склон или только его основание мостили камнем. Каменная вымостка обеспечивала возможность бесперебойного передвижения воинов по тыльному склону и вдоль него во время военных действий.

Для подъема на вершину вала сооружали лестницы; иногда их делали деревянными, но кое-где при раскопках были найдены остатки лестниц, вырезанных в грунте самого вала. Передний склон вала, по-видимому, часто обмазывали глиной, чтобы воспрепятствовать осыпанию грунта и затруднить подъем на вал противнику. Вершина вала имела характер узкой горизонтальной площадки, на которой стояла деревянная оборонительная стена.

Размеры валов были различны. В укреплениях средней величины валы редко поднимались на высоту более 4 м, но в сильных крепостях высота валов бывала значительно большей. Особенно высокими были валы крупных древнерусских городов. Так, валы Владимира имели в высоту около 8 м, Рязани — до 10 м, а валы «города Ярослава» в Киеве, самые высокие из всех известных валов древней Руси, — 16 м.

Валы не всегда были чисто земляными; иногда они имели внутри довольно сложную деревянную конструкцию. Эта конструкция связывала насыпь и препятствовала ее расползанию. Внутривальные деревянные конструкции не являются особенностью только древнерусских оборонительных сооружений; они есть в валах польских, чешских и других городищ. Однако эти конструкции существенно различаются между собой.

В польских крепостях внутривальные конструкции большей частью состоят из нескольких рядов бревен, не соединенных между собой, причем бревна одного слоя обычно лежат перпендикулярно бревнам следующего слоя. У чехов деревянные конструкции имеют вид решетчатого каркаса, иногда укрепленного каменной кладкой. В древнерусских крепостях внутривальные конструкции почти всегда представляют собой забитые землей дубовые срубы.

Правда, и в Польше иногда встречаются срубные внутривальные конструкции, а на Руси, наоборот, конструкции, состоящие из нескольких слоев бревен. Так, например, конструкция из не связанных между собой нескольких слоев бревен была обнаружена в валах Новгородского детинца и древнего Минска XI в. Укрепление нижней части вала бревнами с деревянными крюками на концах, совершенно такое же, как в Польше, обнаружено в валу Московского Кремля XII в. И все же, несмотря на ряд совпадений, различие между внутривальными конструкциями древнерусских крепостей и укреплений других славянских стран чувствуется достаточно определенно. Более того, на Руси срубные внутривальные конструкции имеют несколько вариантов, последовательно сменяющих один другой.

Наиболее ранние внутривальные деревянные конструкции обнаружены в нескольких крепостях конца Х в., сооруженных при князе Владимире Святославиче, — в Белгороде, Переяславле и небольшой крепости на р. Стугне (городище Заречье). Здесь в основе земляного вала помещена линия дубовых срубов, поставленных вдоль вала вплотную один к другому. Они рублены «с остатком» (иначе «в обло») и поэтому концы бревен выступают наружу от углов срубов примерно на 1/2 м. Срубы стояли так, что их лицевая стенка находилась точно под гребнем вала, а сами срубы, следовательно, были расположены в его тыльной части. Перед срубами, в лицевой части вала, помещен решетчатый каркас из брусьев, сколоченных железными костылями, заполненный кладкой из сырцовых кирпичей на глине. Вся эта конструкция сверху засыпана землей, формирующей склоны вала.

Такая сложная внутривальная конструкция была очень трудоемкой и, по-видимому, себя не оправдывала. Уже в первой половине XI в. ее значительно упростили. Лицевую сторону валов стали делать чисто земляной, без сырцовой кладки. Осталась лишь линия дубовых срубов, вплотную приставленных один к другому и плотно забитых землей. Такие конструкции известны во многих русских крепостях XI–XII вв.: на Волыни — в Черторыйске, в Киевской земле — на городище Старые Безрадичи, в Северо-восточной Руси — на городище у Сунгиревского оврага близ Владимира, в Новгороде — в валу окольного города и в северной части вала Новгородского детинца, и в некоторых других укреплениях.

Иногда, если валы достигали значительной ширины, каждый сруб имел удлиненные пропорции. Он был вытянут поперек вала, а внутри перегорожен одной или даже несколькими срубными стенками. Таким образом, каждый сруб состоял уже не из одной, а из нескольких камер. Такой прием применен, например, в валу древнего Мстиславля в Суздальской земле.

Но наиболее сложным и грандиозным примером срубной внутривальной конструкции являются валы «города Ярослава» в Киеве, построенные в 30-х годах XI в. при Ярославе Мудром. Хотя древние валы Киева сохранились лишь на нескольких участках, да и то менее, чем наполовину своей первоначальной высоты, обнаруженные здесь дубовые срубы имеют около 7 м в высоту (рис. 6). Первоначально же эти срубы поднимались, как и весь вал, на высоту от 12 до 16 м. Срубы киевского вала достигали поперек вала около 19 м, а вдоль вала — почти 7 м. Они были разделены внутри еще дополнительными срубными стенками (вдоль срубов на две, а поперек — на шесть частей). Таким образом, каждый сруб состоял из 12 камер.

Дубовые срубы в валу в Киеве

6. Дубовые срубы в валу «города Ярослава» в Киеве. 30-е годы XI в. (раскопки 1952 г.)

В процессе возведения вала срубы по мере их сооружения постепенно плотно забивались лёссом. Как и во всех других случаях, лицевая стенка срубов была расположена под гребнем вала, а так как вал имел огромные размеры, то его лицевая часть, лишенная внутреннего каркаса, по-видимому, вызывала сомнения: боялись, что она может оползти. Поэтому в основании лицевой части вала устроили еще дополнительную конструкцию из ряда невысоких срубов.

В XII в. наряду с конструкцией из отдельных срубов получил распространение прием, при котором срубы связывались между собой в единую систему путем врубки «внахлестку» их продольных бревен, Такова, например, конструкция вала детинца в Вышгороде. Этот прием оказался особенно удобным при постройке крепостей, в которых вдоль вала располагались помещения, конструктивно связанные с самим валом. Здесь срубная конструкция состояла из нескольких рядов клеток, причем лишь один наружный ряд был забит землей и составлял конструктивную основу оборонительного вала. Остальные же клетки, выходившие в сторону внутреннего двора крепости, оставались незасыпанными и использовались как хозяйственные, а иногда и как жилые помещения. Появился такой конструктивный прием еще в первой половине XI в., но широко применяться стал лишь в XII в.

Рвы в русских крепостях XI–XII вв. обычно имели симметричный профиль. Уклон их стенок был равен примерно 30–45° к горизонту; стенки рвов делали прямыми, а дно — большей частью слегка скругленным. Глубина рвов обычно была примерно равна высоте валов, хотя во многих случаях для устройства рвов использовали естественные овраги, и тогда рвы, конечно, превосходили по размерам валы и имели очень большую величину. В тех случаях, когда укрепленные поселения возводили в низменной или заболоченной местности, рвы старались отрывать так, чтобы они были заполнены водой (рис. 7).

Вал и ров Мстиславльского городища

7. Вал и ров Мстиславльского городища. XII в.

Оборонительные валы насыпали, как правило, не на самом краю рва. Чтобы предотвратить осыпание вала в ров, в основании вала почти всегда оставляли горизонтальную площадку-берму шириной около 1 м.

В укреплениях, расположенных на возвышенностях, естественные склоны обычно подрезали, чтобы сделать их более ровными и крутыми, а там, где склоны имели малую крутизну, их часто перерезали террасой-эскарпом; благодаря этому склон, расположенный выше террасы, приобретал большую крутизну.

Деревянные стены

Какое бы большое значение ни имели в древнерусских крепостях земляные оборонительные сооружения и в первую очередь валы, они все же представляли собой лишь основу, на которой обязательно стояли деревянные стены. Кирпичные или каменные стены в XI–XII вв. известны в единичных случаях. Так, кирпичными были стены митрополичьей усадьбы вокруг Софийского собора в Киеве и стены Киево-Печерского монастыря, кирпичными же были стены митрополичьего «города» в Переяславле. Каменной стеной был окружен детинец, вернее, княжеско-епископский центр во Владимире. Все эти «городские» стены по существу представляют собой памятники скорее культового, чем военного зодчества; это стены митрополичьих или монастырских усадеб, где военно-оборонительные функции уступали место функциям художественно-идеологическим. Ближе к собственно крепостным сооружениям стояли каменные стены замков в Боголюбове (Суздальская земля) и в Холме (Западная Волынь). Однако и здесь художественные задачи, стремление создать торжественно-монументальное впечатление от княжеской резиденции играли большую роль, чем чисто военные требования.

По-видимому, единственным районом Руси, где уже в это время начала слагаться традиция строительства каменных оборонительных стен, была Новгородская земля. В сложении этой традиции значительную роль, вероятно, сыграло то обстоятельство, что в этом районе были выходы естественной известняковой плиты, которая очень легко добывается и дает превосходный материал для строительства.

Стены всех русских укреплений XI–XII вв. были, как сказано, деревянными. Они стояли на вершине вала и представляли собой бревенчатые срубы, скрепленные на определенных расстояниях короткими отрезками поперечных стенок, соединенных с продольными «в обло». Такие срубные стены, по-видимому, впервые стали применяться в русском военном зодчестве со второй половины Х в. Они были уже значительно более прочными, чем примитивные ограждения VIII–IX вв. (рис. 8 а).

Оборонительные стены русского города XI–XII в.

8 а. Оборонительные стены русского города XI–XII вв. Реконструкция автора.

Крепостные стены Белгорода

8 б. Крепостные стены Белгорода. Конец Х в. Макет Государственного исторического музея. Реконструкция Б. А. Рыбакова и М. В. Городцова.

Стены, состоявшие из отдельных, плотно приставленных один к другому срубов, отличались своеобразным ритмом торцов поперечных стенок: каждый отрезок стены, имевший в длину 3–4 м, чередовался с коротким промежутком длиной около 1 м. Каждое такое звено стены, вне зависимости от конструктивного типа, называлось городней . В тех случаях, когда оборонительные валы имели внутри деревянную конструкцию, наземные стены были тесно связаны с ней, являясь как бы ее непосредственным продолжением вверх над поверхностью вала (рис. 8 б).

Стены достигали в высоту примерно 3–5 м. В верхней части их снабжали боевым ходом в виде балкона или галереи, проходящей вдоль стены с ее внутренней стороны и прикрытой снаружи бревенчатым же бруствером. В древней Руси такие защитные устройства назывались забралами . Здесь во время боевых действий находились защитники, которые через бойницы в бруствере обстреливали противника. Возможно, что уже в XII в. такие боевые площадки иногда делали несколько выступающими перед плоскостью стены, что давало возможность стрелять с забрал не только вперед, но и вниз — к подножию стен, или лить на осаждающих кипяток. Сверху забрала прикрывали кровлей.

Важнейшим участком обороны крепости были ворота. В небольших укреплениях ворота, возможно, делались по типу обычных хозяйственных ворот. Однако в подавляющем большинстве крепостей ворота сооружались в виде башни с проездом в ее нижней части. Проезд ворот обычно располагался на уровне площадки, т. е. на уровне основания валов. Над проездом поднималась деревянная башня, к которой с боковых сторон примыкали валы и стены. Лишь в таких крупных городах, как Киев, Владимир, Новгород, при деревянных стенах были построены кирпичные или каменные ворота. До наших дней сохранились остатки главных ворот Киева и Владимира, носивших наименование Золотых (рис. 9). Помимо чисто военных функций, они служили торжественной аркой, выражавшей богатство и величие города; над воротами стояли надвратные церкви.

Пролет Золотых ворот во Владимире

9. Пролет Золотых ворот во Владимире. XII в.

В тех случаях, когда перед воротами проходил ров, через него строили деревянный как правило, довольно узкий мост. В моменты опасности защитники города иногда сами уничтожали мосты, чтобы затруднить противнику подход к воротам. Специальные подъемные мосты на Руси в XI–XII вв. почти не применяли. Кроме основных ворот, в крепостях иногда Делали дополнительные скрытые выходы, большей частью в виде обшитых деревом проходов сквозь земляной вал. Снаружи они были закрыты тонкой стенкой и замаскированы, а использовались для устройства неожиданных вылазок во время осады.

Следует отметить, что в русских крепостях XI–XII вв., как правило, не было башен. В каждом городе существовала, конечно, воротная башня, но ее рассматривали именно как ворота, и так она всегда называется в древнерусских письменных источниках. Отдельные же, не надвратные, башни строили очень редко, исключительно как сторожевые вышки, располагая их на самом высоком месте и предназначая для обзора окрестностей, чтобы обезопасить крепость от неожиданного подхода врагов и внезапного захвата.



biofile.ru

Как построить замок: от крепостной стены до главной башни

Площадь самого большого замка в мире составляет 140 000 квадратных метров — но как возвести такое сооружение, не зная основных правил? Сегодня мы расскажем о том, из чего состоит замок и как выбрать подходящий дизайн для крепости вашей мечты!

Василий Макаров

30 августа 2017 18:45

В прошлый раз мы разобрали то, как выбрать участок под будущий замок. Пришло время приступать к проектированию! Увы, в отличие от современных панельных многоэтажек, замки нельзя строить по единому шаблону. Каждое укрепление обязано отвечать в первую очередь функциональным требованиям: в зависимости от ландшафта, типа почвы, окружения и множества других факторов архитектурный ансамбль замка приобретает совершенно уникальные черты. Как бы то ни было, типовые составные элементы являются общими для всех замков — о них мы сегодня и поговорим.

Холм

Замок Плесси-Бурре стоит на высоком насыпном холме

Как уже было сказано, лучшее место для замка — это возвышенность. Если под рукой нет подходящего холма, можно насыпать его силами батраков: для этого грунт часто перемешивали с гравием и торфом, а также перекладывали жердями и хворостом. Такое примитивное армирование придавало конструкции устойчивость и позволяло ей не проседать под тяжестью каменных зданий. Форма холма может разниться, но чаще всего он выполнялся в форме, близкой к кругу или квадрату, что соответствовало форме крепостных стен или главного здания замка. История знает так называемые курганно-палисадные замки (иначе «мотт и бейли», от Motte-and-bailey), особо популярные во Франции и Англии после нормандского завоевания: французское слово motte означает «холм», а английское bailey — «внутренний двор». По факту, это просто насыпной холм с донжоном, обнесенный деревянным частоколом. Знаменитый Виндзорский замок, к примеру, носит явные черты подобной раннесредневековой архитектуры.

Донжон

Донжон замка Ньюкасл выполнен в строго прямоугольной форме…

Донжон — главная башня замка. Чаще всего он окружен как минимум одним рядом крепостных стен, но не связан с ними напрямую, так что получается своего рода двойная линия обороны. Несмотря на то, что «замком» называют обычно именно эту часть, донжон отнюдь не был самым важным элементом архитектурного ансамбля. Помещения в нем узкие и тесные, а потому они использовались преимущественно для военных целей или просто как дань традиции. Донжон мог стать последним убежищем для осажденных, к тому же в нем, как правило, размещались стратегически важные помещения: продовольственные склады, колодцы, оружейные и подвалы. Как самая высокая башня, донжон служил неплохим наблюдательным пунктом, а в небольших замках без крепостных стен и вовсе был единственным фортификационным сооружением. Сначала донжоны строили преимущественно квадратными, но с развитием осадных технологий и военной инженерии главные башни стали все чаще возводить в форме круга или правильного многоугольника — это позволяло лучше выдерживать прямое попадание снаряда.

…А вот Венсенский замок намного богаче на круглые башенные пристройки и напоминает нарядный свадебный торт

Крепостная стена

Каждый здравомыслящий феодал старался обнести свой замок толстыми крепостными стенами, игравшими роль основного оборонительного сооружения. Первоначально на их месте был обычный частокол: даже такая слабая преграда лучше, чем полное ее отсутствие. Со временем стены стали строить из глиняных и известковых блоков, а позже — из настоящего камня. Стена должна быть достаточно высокой, чтобы нападавшие не смогли взобраться на нее по лестницам или с помощью осадных башен, но главным утилитарным фактором все равно оставалась толщина. Вопреки расхожему мнению, пробить брешь в правильно сложенной стене — дело весьма непростое. До изобретения артиллерии и мощных пушек камнеметные машины и тараны подходили разве что для разрушения периферических строений. Даже знаменитые требюшеты годились только на то, чтобы обрушивать кровлю башен или разбивать крепостные зубцы, за которыми прятались стрелки. Учитывая неторопливость и отсутствие возможности нормально прицелиться в одну и ту же точку, стену обычно проламывали силами солдат, которые орудовали кирками как заправские шахтеры.

Периметр крепостной стены Авилы составляет порядка 2500 метров, а общее число крепостных башен — 88!

На вершине стены обычно прокладывали боевой ход, благодаря которому войска могли свободно перемещаться по периметру всего замка и вести заградительный огонь. Стена обстреливалась со всех позиций: там, где вниз стрелять было неудобно, имелись выступающие вперед башни, усеянные бойницами и мостками. Эти же башни служили для укрепления углов — самой слабой точки стены, поскольку именно в углах крепости можно сосредоточить больше всего вражеских сил и меньше всего сил обороны. Чаще всего стену не проламывали, а брали штурмом или устраивали подкоп. Чтобы предотвратить последний, наиболее предприимчивые феодалы укрепляли стены каменными отмостками.

Стены служили естественной границей для внутреннего двора замка. В нем обычно размещались жилые помещения для феодала, гостей и прислуги, церкви и ремесленные мастерские. Часто структура замка подразумевала несколько рядов стен, что дополнительно осложняло жизнь штурмующим и позволяло организовать несколько линий обороны.

Внутренние галереи служили для обстрела неприятеля в том случае, если ему удалось прорваться за крепостные стены

Ворота

Ворота — самая слабая точка замковых фортификаций, но они же играли важнейшую роль во всем средневековом быте. Это был основной и часто единственный способ осуществить вход и выход на окруженную крепостными стенами территорию. Помимо контроля движения, ворота также играли фортификационную роль и нередко усиливались целым комплексом защитных сооружений. Зная, что в первую очередь враг попытается прорваться за стены через главный вход, феодалы устанавливали по бокам от входа сторожевые башни: вход перед воротами — это слепое пятно, а потому обстрел в случае нападения следует вести с более удобных позиций.

Вход в замок защищали прочные ворота, а массивные сторожевые башни обеспечивали дополнительный обзор для оборонявшихся

Часто проход через замковые ворота искусственно удлиняли, чтобы как можно больше осложнить жизнь нападавшим. Помимо того, что им предстояло пробиться через железную решетку и массивные двери из толстого дерева, проход часто представлял собой «клетку смерти»: в потолок были вделаны решетки, сквозь которые обороняющиеся метали стрелы и копья, кидали камни и лили кипяток или раскаленную смолу. Находясь в ограниченном пространстве, окруженный со всех сторон противник часто был вынужден отступить под страхом смерти.

Барбаканы краковских замков — настоящее произведение искусства

Говоря о воротах, нельзя не упомянуть барбакан. Он представлял собой отдельную башню, вынесенную за периметр стен замка и служащую для охраны подступов ко входу, будь то ворота или мост. Часто барбакан был не отдельным зданием, в пристройкой (т. н. ронделем), защищавшей мост через ров.

Ров

Ров Королевской стены в Сеуте — отличный пример того, как сделать свой замок неприступным

Для тех, кому мало крепостных стен и железных решеток на входе, архитекторы придумали еще одно сооружение, замечательное по своей простоте и функциональности. Широкая и глубокая искусственная канава, часто соединенная с естественным водным руслом, окружала замок и служила дополнительной системой защиты. Переоценить ее сложно: в том случае, если ров был заполнен водой, единственным проходом в замок оставался лишь узкий мост, по которому одновременно может пройти лишь небольшое количество вооруженных человек. К стенам, окруженным водой, не подкатить таран, да и не всякая метательная машина докинет до них камень. К тому же, водный ров практически полностью предотвращал возможность подкопа.

Конечно, ров приходилось обслуживать. Чтобы вода в нем не застаивалась и не цвела, его необходимо периодически очищать от мусора — дешевая цена за дополнительную гарантию безопасности. Даже в том случае, если воды во рву нет, он может стать дополнительной преградой для пехоты и особенно конницы: усеяв дно острыми кольями, феодал значительно осложнял жизнь наступавшим.

Заключение

Не нужно думать, что этим бесхитростным списком исчерпывается многообразие фортификационной архитектуры. Со временем замки становились все более крупными и совершенными, обрастали бастионами, капонирами и дополнительными пристройками. Конец эпохе замкостроения положила тяжелая артиллерия, ровнявшая с землей крепостные стены и высокие башни. В наши дни большинство сохранившихся замков стали музеями и превратились в популярные туристические объекты, но даже сейчас такое сооружение может послужить неплохой защитой — по крайней мере до тех пор, пока бомбардировка не превратит их в груду живописных руин.

www.popmech.ru

Элементы крепостей. Русские крепости и осадная техника, VIII—XVII вв.

Элементы крепостей

Валы

 В XIII—XV вв. так же как и раньше, валы часто не имели внутреннего деревянного каркаса и были чисто земляными. В тех случаях, когда все же сооружали внутривальную деревянную конструкцию, она была проще, чем та, что применялась в валах крепостей XII в. Как правило, она представляла собой срубную дубовую стенку с короткими поперечными перерубками, выступавшими в тыльную сторону, хотя в некоторых крепостях обнаружены наклонные каркасы, расположенные в лицевой части вала. Стенка внутривальной конструкции выходила на поверхность на гребне вала. Передний склон вала всегда был более крутым (не менее 30° к горизонту), а тыльный — более пологим. По сравнению с валами XI—XII вв., горизонтальная площадка на вершине вала в связи с усложнением конструкции стен стала шире и достигала теперь 8—9 м в ширину.

Рвы

 Рвы в крепостях XIV—XV вв. делали глубокими и широкими. Последнее имело немаловажное значение для защиты от огня камнеметов осаждающих. Сооружали их обычно так, чтобы они отрезали крепость с напольной стороны. Так же, как и раньше, рвы обычно имели симметричный профиль с уклоном стенок около 30°. Применялось в то время и эскарпирование склонов. Ров старались заполнить водой, а, если это было невозможно, его дно утыкивали заостренными кольями.

Стены

 С середины XIII в. в некоторых районах Руси разворачивается широкое  строительство каменных оборонительных сооружений. Каменные стены XIII — первой половине XV в. имели разную толщину: с напольной стороны (наиболее опасной) их толщина доходила до 3—4 м, а на других участках составляла 1,5—2 м. Каменные стены, так же как и башни, обычно несколько утоньшались кверху. Они завершались парапетом с каменными зубцами и чаще всего покрывались кровлей. Толщина стен вверху определялась шириной парапета, которая была не менее 55 см, и шириной боевого хода. Последний в идеале должен был быть достаточно широким, чтобы на нем могли свободно разойтись два вооруженных воина, то есть составляет около 1,5—2 м. Таким образом, оптимальная толщина стены должна была бы составить не менее 2 м.

Начиная с XV в. в связи с применением осадной артиллерии крупного калибра каменные стены часто усиливали дополнительными каменными прикладками. Высота стен с парапетом обычно составляла 7,5—9 м, хотя иногда встречались и более высокие стены (высота стены в крепости Копорье достигала 9,6—10,8 м).

Во второй половине XIV в. наблюдается общая тенденция к увеличению высоты стен, а в первой трети XV в. к их утолщению. Подобные процессы наблюдались в то время и в Западной Европе. К середине XV в. в стенах начинают делать бойницы подошвенного боя.

Деревянные стены вплоть до XIV в. мало отличались от стен более раннего времени и представляли собой срубную однорядную стену с короткими поперечными перерубками. Позднее, благодаря совершенствованию камнеметов и особенно в связи с распространением в XV в. огнестрельной артиллерии, деревянные стены стали делать более толстыми. Чтобы стены выдерживали удары камнеметных и пушечных ядер, их стали делать не из одного, а из двух или даже трех рядов бревен с засыпкой пространства между ними землей или камнями.

В боярских замках и укреплениях небольшого военного значения деревянные стены могли быть и более простой, столбовой конструкции. Основу их составляли врытые в землю столбы, в пазах которых укреплялись горизонтальные бревна. Например, такую конструкцию имела стена боярского замка Хабаров городок близ Юрьева-Польского.

Башни

 В XIII в., особенно в первой его половине, крепости еще практически не имели башен. Обычно, помимо надвратной башни, характерной для более раннего периода, крепости этого времени оснащали еще одной, максимум двумя башнями, расположенными, как правило, с напольной стороны. Башни назывались вежами, столпами, кострами и стрельницами. Столпом обычно называли башню, не связанную с крепостными стенами, стоявшую обособленно. Вежами, кострами и стрельницами, по-видимому, назывались как отдельно стоявшие башни, так и связанные с крепостной оградой, причем в Псковской и Новгородской землях предпочитали слово «костер», а в московской — «стрельница». Термин «башня» появился только в XVI в. и затем распространился повсеместно.

Деревянные башни имели от двух до шести ярусов обороны и высоту в среднем 11—17 м. Вверху их снабжали нависающим выступом (обломом) и покрывали кровлей. В целом оборона была все еще пассивной, то есть направленной не столько на поражение противника, сколько на то, чтобы лишить его возможности ворваться внутрь крепости.

Во второй половине XIII в. в западных и северных районах Волынского княжества появляются новые фортификационные элементы — каменные башни. Ставили их первоначально внутри крепостных стен, ближе к наиболее опасной при штурме стороне. При этом они позволяли обстреливать противника сверху, а сами мало страдали от камнеметных снарядов. Во время осады в них находились руководившие обороной воеводы. Если противнику удавалось ворваться внутрь крепости, эти башни становились последним оплотом оборонявшихся. Будучи аналогами западноевропейских донжонов, каменные башни появились на Волыни под влиянием западных соседей — Польши и Венгрии, где башни-донжоны получили распространение в это же время.

Подобные башни в довольно хорошем состоянии сохранились в Каменец-Литовском и в Столпье близ Холма. Руины их имеются в Белавине (близ Холма) и в Чарторыйске. В Столпье башня каменная, почти квадратной формы, высотой 20 м. Башня в Каменец-Литовском кирпичная, круглая, высотой 29 м.

Начиная с XIV в. и особенно в XV в. крепости получают большое количество башен. Меняется и их назначение. Если раньше единственная башня несла преимущественно сторожевую службу, то теперь башни стали принимать самое деятельное участие в обороне. Башни XIV—XV вв. выступали за плоскость стены и располагались главным образом там, где стены меняли направление (в углах крепости). Они были предназначены для фланкирующего обстрела прилегающих прясел. Появление большого количества башен было также связано с началом применения огнестрельной артиллерии, ведь орудия защитники крепости первоначально размещали в башнях. Во второй половине XIV — первой половине XV в. оборона крепостей становится полуактивной: активной с напольной стороны, где располагались башни, и пассивной с остальных сторон, прикрытых естественными преградами.

Деревянные башни были прямоугольными или многоугольными (шести- или восьмигранными). Последние в письменных источниках часто называются «круглыми». Каменные башни бывали прямоугольными, круглыми или полукруглыми. Некоторые исследователи полагают, что круглые каменные башни были следующим этапом по сравнению с прямоугольными, так как они лучше сопротивлялись ударам пушечных ядер, чем прямоугольные, углы которых легко сбивались. Казалось бы, с этим согласуется и тот факт, что в Ладожской и Порховской крепостях некоторые четырехугольные башни с появлением артиллерии были перестроены в круглые и полукруглые (перси). Считается, что два последних типа башен были лучше прямоугольных приспособлены к ведению веерного огня. Однако в Изборской крепости угловая прямоугольная башня Талавская была построена в конце XIV в. одновременно с четырьмя круглыми башнями. То же произошло и в Порховской крепости, построенной в 1387 г.: она сразу была оснащена квадратными и полукруглыми башнями. Подобная ситуация наблюдается в XV в. и позднее.

Поэтому, очевидно, круглые и прямоугольные башни сосуществовали как в период метательной артиллерии, так и в период огнестрельной. Каждая из них имела свои достоинства и недостатки. В общем, можно отметить, что с появлением огнестрельной артиллерии количество круглых и полукруглых башен возросло по сравнению с предыдущим периодом, однако полностью прямоугольные башни они не вытеснили.

Башни XIV в. стали делать выступающими за линию стен, что позволяло вести фланкирующий огонь. Башни делились на ярусы деревянными мостами (дощатым покрытием), гнезда от балок этих мостов можно до сих пор видеть во многих из них. Количество ярусов было различным: обычно 3–4, иногда пять. Связь между ярусами осуществлялась по деревянным лестницам через специальные люки в перекрытиях. Иногда лестницы были приставными, и в случае опасности их втягивали наверх.

Связь башен с боевым ходом стен осуществлялась через дверные проемы. Иногда такие проемы располагались на тыльной стороне башни и выходили на небольшую площадку, к которой примыкали боевые ходы стен. Но чаще боевой ход проходил через один из ярусов башни. В таком случае башня имела два дверных проема на боковых сторонах. Это было выгоднее и с точки зрения обороны: противник, захватив один участок стены, не мог попасть ни внутрь крепости (так как лестницы находились в башнях), ни на другой участок стены, не пробившись сквозь башню.

В отличие от Западной Европы на Руси не строили трехсторонних (открытых внутрь крепости) прямоугольных башен (полуоткрытыми были только полукруглые башни-перси). На Западе открытыми изнутри башнями иногда снабжали крепостную ограду внешней линии укреплений. Делалось это из-за неуверенности в наемных гарнизонах. В случае измены воинов, находившихся в таких башнях, их можно было легко расстрелять из донжона или со стен цитадели. Кроме того, захватившего эти башни противника можно было легко выбить. На Руси, однако, подобные башни не прижились. Вероятно, русские князья не сомневались в верноподданичестве своих воинов и полностью полагались на их самостоятельность и инициативу. Ведь при достаточном мужестве защитников такие башни становились узлами обороны даже после захвата осаждающими части укреплений.

Башни конца XIV в. были гладкими, без вертикальных и горизонтальных членений, и несколько сужались кверху. Кроме того, поверхности стен были не ровными, а слегка выгнутыми. В результате башни напоминали не параллелепипед или усеченный конус, а перевернутый вверх дном тигель.

Интересно, что башни никогда не были абсолютно одинаковыми. Даже у одной крепости башни одинаковой формы имели разные размеры в плане и разную высоту.

Бойницы в башнях располагали веером, что позволяло вести огонь в любом направлении — вперед или вдоль стен. Бойницы одного яруса не давали полной возможности для этого, и перед башней оставалось непростреливаемое пространство. Но это пространство находилось под прицелом бойниц других ярусов. Потому-то бойницы разных ярусов не располагались одна над другой, а были обязательно смещены по отношению друг к другу, нередко в шахматном порядке. Кроме того, боковые стенки бойниц иногда делали разной длины. Благодаря таким «косым» бойницам непростреливаемого пространства перед башнями не оставалось. Бойниц, обращенных внутрь крепости, в башнях не выкладывали. Не прорезали в башнях и оконных проемов; для освещения служили только отверстия бойниц.

Бойницы в каменных башнях были двух типов — с камерами и без них. Иногда считают, что бойницы с камерами рассчитаны под установку артиллерии и возникли только после ее появления. Однако в Изборске камерами снабжены бойницы в западной стене и в башне Луковка, которые были построены в 1303—1330 гг., то есть в период, когда огнестрельной артиллерии еще не знали.

Расположение бойниц в первом, втором и третьем ярусах Талавской башни Изборской крепости

Правда, до начала XV в. бойницы с камерами большого распространения не имели, а вот с появлением артиллерии они оказались как нельзя кстати и в дальнейшем стали характерной особенностью крепостных башен.

Иногда встречаются глухие бойницы, то есть закрытые снаружи закладками. Некоторые закладки явно привнесены позднее, но в других кладка перевязана с кладкой стены башни, значит, закладка сделана при постройке башни. Замаскированные таким образом бойницы обычно направлены в стороны «поля». При их создании, видимо, учитывался фактор неожиданности. Сломав тонкую лицевую стенку, через такие бойницы можно было неожиданно обстрелять противника.

Ворота

 Укрепления второстепенного значения продолжали снабжать воротными башнями той же простой конструкции, какая была присуща укреплениям более раннего периода. При этом большинство ворот имело прямой проезд, перпендикулярный валу. Только в редких случаях, начиная с XII в., отрезки вала, расположенные по сторонам въезда, сдвигали так, что проезд между ними проходил параллельно направлению самих валов.

Дальнейшее усовершенствование такая конструкция получила в XIV—XV вв. В это время стратегически важные крепости начинают снабжать сложными въездными устройствами — захабами. Захаб представлял собой длинный крытый коридор, идущий вдоль стены крепости к воротам. У входа в захаб делали первые, внешние ворота, которые обычно располагались под прямым углом к внутренним, главным воротам крепости. Кроме того, очень часто у входа в захаб ставили башню. В результате штурмующим, чтобы ворваться в крепость через ворота, приходилось сначала захватить ворота захаба, пройти сам захаб и разрушить вторые, внутренние ворота. И все это под постоянным огнем защитников крепости. Захабы сооружали не только в каменных, но и в деревянных крепостях. Деревянные захабы не сохранились, а остатки каменных можно обнаружить в Порхове, Острове, Изборске и Пскове.

Захабы: 1 — Островская крепость; 2 — Талавские ворота в Изборске; 3 — Георгиевские ворота в Изборске; 4 — Никольские ворота в Порхове

Сам въезд в крепостях XIV—XV вв. часто размещали уже не в напольной стене крепости, а в одной из боковых. Таким образом, сторона, наиболее подверженная штурму, не имела такого слабого элемента, как ворота. На протяжении всей истории русского оборонного зодчества ворота располагали в надвратной башне, а не в стене между двумя привратными башнями. Единственное исключение — крепость Копорье, построенная, видимо, с участием сербских мастеров. Между тем в Западной Европе помещать ворота между привратными башнями было характерным приемом для крепостного строительства XIV—XV вв.

В XIV—XV вв. в надвратных башнях русских крепостей появляются опускные решетки (герсы). Чаще всего они были железные, реже — деревянные, обитые железом. Никольская башня Порховской крепости при перестройке 1430 г. получила целых три опускные решетки.

Как и раньше, через ров перед воротами перекидывали узкий, опирающийся на столбы мост. Вплоть до середины XV в. мосты всегда были деревянными, а позднее, наряду с деревянными, стали строить и каменные. Подъемных мостов на Руси не строили до конца XV в. Иногда защитники превращали мост в ловушку. Так, граждане Опочки в 1426 г. подождали, пока противник вступит на мост, а затем обрушили его в ров, утыканный кольями.

План вылаза в Изборской крепости

Внутренняя арка Никольского захаба Изборской крепости

Кроме собственно ворот, в крепостях часто делали потайные выходы (вылазы), использовавшиеся во время осады для неожиданных вылазок. В деревянных крепостях вылазы имели такую же конструкцию, как и в более раннее время. В каменных крепостях вылазы были снаружи закрыты тонкой каменной стенкой, выложенной заподлицо с наружной поверхностью крепостной стены. В момент вылазки эту стенку проламывали и отряд защитников получал возможность нанести удар с неожиданной для осаждающих стороны. Остатки вылазов сохранились в крепостях в Изборске и Порхове.

Тайники

Одной из важнейших задач для любой крепости было снабжение водой во время осады. До XV в. для этой цели либо копали колодец внутри крепости, либо в предвидении осады запасали воду в бочках. Последний способ был самым несовершенным, так как количество воды оказывалось заведомо ограниченным. Иногда водоснабжение осуществлялось с помощью проточного канала, соединенного с рекой и проходившего через специальные водяные ворота. Но и этот способ был небезопасным, так как осаждающие могли легко перекрыть воду в канале, построив плотину. Колодец внутри крепости был наилучшим вариантом, но иногда уровень воды находился столь глубоко или грунт был столь твердый, что вырыть колодец не представлялось возможным. Поэтому начиная с XV в. строят специальные устройства для водоснабжения — тайники. Тайник представлял собой подземный коридор, который вел из крепости вдоль склона холма до того уровня, где можно было легко отрыть колодец. Сначала делали открытую траншею, затем ее покрывали крышей, засыпали землей и тщательно маскировали, чтобы осаждающие не смогли обнаружить тайник. Остатки таких устройств сохранились в Изборске, Копорье, московском городке Кременске и других крепостях.

Тайник

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Конструкция валов, стен, рвов древних крепостей

Земляные части оборонительных сооружений — естественные склоны, эскарпы, искусственные валы и рвы — были основой устройства русских крепостей XI–XII вв. Особенно большое значение имели земляные валы. Их насыпали из грунта, который имелся поблизости (чаще всего из земли, полученной при отрывании рвов), из глины, чернозема, лёсса и т. д., а в районах, где преобладал песок, — даже из песка. Правда, в таких случаях ядро вала защищали от осыпания деревянной опалубкой, как это обнаружено, например, при исследовании валов середины XII в. в Галиче-Мерьском. Конечно, лучше был плотный грунт, который хорошо держался и не рассыпался от дождя и ветра. Если же плотного грунта было мало, его использовали для насыпи передней части валов, их лицевого склона, а тыльную часть насыпали из более слабого или сыпучего грунта.

Валы сооружали, как правило, несимметричными; их передний склон делали более крутым, а тыльный — более пологим. Обычно передний склон валов имел крутизну от 30 до 45° к горизонту, а тыльный — от 25 до 30°. На тыльном склоне, примерно на середине его высоты, иногда делали горизонтальную террасу, которая позволяла передвигаться вдоль по валу. Часто тыльный склон или только его основание мостили камнем. Каменная вымостка обеспечивала возможность бесперебойного передвижения воинов по тыльному склону и вдоль него во время военных действий.

Для подъема на вершину вала сооружали лестницы; иногда их делали деревянными, но кое-где при раскопках были найдены остатки лестниц, вырезанных в грунте самого вала. Передний склон вала, по-видимому, часто обмазывали глиной, чтобы воспрепятствовать осыпанию грунта и затруднить подъем на вал противнику. Вершина вала имела характер узкой горизонтальной площадки, на которой стояла деревянная оборонительная стена.

Размеры валов были различны. В укреплениях средней величины валы редко поднимались на высоту более 4 м, но в сильных крепостях высота валов бывала значительно большей. Особенно высокими были валы крупных древнерусских городов. Так, валы Владимира имели в высоту около 8 м, Рязани — до 10 м, а валы «города Ярослава» в Киеве, самые высокие из всех известных валов древней Руси, — 16 м.

Валы не всегда были чисто земляными; иногда они имели внутри довольно сложную деревянную конструкцию. Эта конструкция связывала насыпь и препятствовала ее расползанию. Внутривальные деревянные конструкции не являются особенностью только древнерусских оборонительных сооружений; они есть в валах польских, чешских и других городищ. Однако эти конструкции существенно различаются между собой.

В польских крепостях внутривальные конструкции большей частью состоят из нескольких рядов бревен, не соединенных между собой, причем бревна одного слоя обычно лежат перпендикулярно бревнам следующего слоя. У чехов деревянные конструкции имеют вид решетчатого каркаса, иногда укрепленного каменной кладкой. В древнерусских крепостях внутривальные конструкции почти всегда представляют собой забитые землей дубовые срубы.

Правда, и в Польше иногда встречаются срубные внутривальные конструкции, а на Руси, наоборот, конструкции, состоящие из нескольких слоев бревен. Так, например, конструкция из не связанных между собой нескольких слоев бревен была обнаружена в валах Новгородского детинца и древнего Минска XI в. Укрепление нижней части вала бревнами с деревянными крюками на концах, совершенно такое же, как в Польше, обнаружено в валу Московского Кремля XII в. И все же, несмотря на ряд совпадений, различие между внутривальными конструкциями древнерусских крепостей и укреплений других славянских стран чувствуется достаточно определенно. Более того, на Руси срубные внутривальные конструкции имеют несколько вариантов, последовательно сменяющих один другой.

Наиболее ранние внутривальные деревянные конструкции обнаружены в нескольких крепостях конца Х в., сооруженных при князе Владимире Святославиче, — в Белгороде, Переяславле и небольшой крепости на р. Стугне (городище Заречье). Здесь в основе земляного вала помещена линия дубовых срубов, поставленных вдоль вала вплотную один к другому. Они рублены «с остатком» (иначе «в обло») и поэтому концы бревен выступают наружу от углов срубов примерно на 1/2 м. Срубы стояли так, что их лицевая стенка находилась точно под гребнем вала, а сами срубы, следовательно, были расположены в его тыльной части. Перед срубами, в лицевой части вала, помещен решетчатый каркас из брусьев, сколоченных железными костылями, заполненный кладкой из сырцовых кирпичей на глине. Вся эта конструкция сверху засыпана землей, формирующей склоны вала.

Такая сложная внутривальная конструкция была очень трудоемкой и, по-видимому, себя не оправдывала. Уже в первой половине XI в. ее значительно упростили. Лицевую сторону валов стали делать чисто земляной, без сырцовой кладки. Осталась лишь линия дубовых срубов, вплотную приставленных один к другому и плотно забитых землей. Такие конструкции известны во многих русских крепостях XI–XII вв.: на Волыни — в Черторыйске, в Киевской земле — на городище Старые Безрадичи, в Северо-восточной Руси — на городище у Сунгиревского оврага близ Владимира, в Новгороде — в валу окольного города и в северной части вала Новгородского детинца, и в некоторых других укреплениях.

Иногда, если валы достигали значительной ширины, каждый сруб имел удлиненные пропорции. Он был вытянут поперек вала, а внутри перегорожен одной или даже несколькими срубными стенками. Таким образом, каждый сруб состоял уже не из одной, а из нескольких камер. Такой прием применен, например, в валу древнего Мстиславля в Суздальской земле.

Но наиболее сложным и грандиозным примером срубной внутривальной конструкции являются валы «города Ярослава» в Киеве, построенные в 30-х годах XI в. при Ярославе Мудром. Хотя древние валы Киева сохранились лишь на нескольких участках, да и то менее, чем наполовину своей первоначальной высоты, обнаруженные здесь дубовые срубы имеют около 7 м в высоту (рис. 6). Первоначально же эти срубы поднимались, как и весь вал, на высоту от 12 до 16 м. Срубы киевского вала достигали поперек вала около 19 м, а вдоль вала — почти 7 м. Они были разделены внутри еще дополнительными срубными стенками (вдоль срубов на две, а поперек — на шесть частей). Таким образом, каждый сруб состоял из 12 камер.

Дубовые срубы в валу «города Ярослава» в Киеве 30-е годы XI в., раскопки 1952 г.6. Дубовые срубы в валу «города Ярослава» в Киеве. 30-е годы XI в. (раскопки 1952 г.)

В процессе возведения вала срубы по мере их сооружения постепенно плотно забивались лёссом. Как и во всех других случаях, лицевая стенка срубов была расположена под гребнем вала, а так как вал имел огромные размеры, то его лицевая часть, лишенная внутреннего каркаса, по-видимому, вызывала сомнения: боялись, что она может оползти. Поэтому в основании лицевой части вала устроили еще дополнительную конструкцию из ряда невысоких срубов.

В XII в. наряду с конструкцией из отдельных срубов получил распространение прием, при котором срубы связывались между собой в единую систему путем врубки «внахлестку» их продольных бревен, Такова, например, конструкция вала детинца в Вышгороде. Этот прием оказался особенно удобным при постройке крепостей, в которых вдоль вала располагались помещения, конструктивно связанные с самим валом. Здесь срубная конструкция состояла из нескольких рядов клеток, причем лишь один наружный ряд был забит землей и составлял конструктивную основу оборонительного вала. Остальные же клетки, выходившие в сторону внутреннего двора крепости, оставались незасыпанными и использовались как хозяйственные, а иногда и как жилые помещения. Появился такой конструктивный прием еще в первой половине XI в., но широко применяться стал лишь в XII в.

Рвы в русских крепостях XI–XII вв. обычно имели симметричный профиль. Уклон их стенок был равен примерно 30–45° к горизонту; стенки рвов делали прямыми, а дно — большей частью слегка скругленным. Глубина рвов обычно была примерно равна высоте валов, хотя во многих случаях для устройства рвов использовали естественные овраги, и тогда рвы, конечно, превосходили по размерам валы и имели очень большую величину. В тех случаях, когда укрепленные поселения возводили в низменной или заболоченной местности, рвы старались отрывать так, чтобы они были заполнены водой (рис. 7).

Вал и ров Мстиславльского городища XII в.7. Вал и ров Мстиславльского городища. XII в.

Оборонительные валы насыпали, как правило, не на самом краю рва. Чтобы предотвратить осыпание вала в ров, в основании вала почти всегда оставляли горизонтальную площадку-берму шириной около 1 м.

В укреплениях, расположенных на возвышенностях, естественные склоны обычно подрезали, чтобы сделать их более ровными и крутыми, а там, где склоны имели малую крутизну, их часто перерезали террасой-эскарпом; благодаря этому склон, расположенный выше террасы, приобретал большую крутизну.

Какое бы большое значение ни имели в древнерусских крепостях земляные оборонительные сооружения и в первую очередь валы, они все же представляли собой лишь основу, на которой обязательно стояли деревянные стены. Кирпичные или каменные стены в XI–XII вв. известны в единичных случаях. Так, кирпичными были стены митрополичьей усадьбы вокруг Софийского собора в Киеве и стены Киево-Печерского монастыря, кирпичными же были стены митрополичьего «города» в Переяславле. Каменной стеной был окружен детинец, вернее, княжеско-епископский центр во Владимире. Все эти «городские» стены по существу представляют собой памятники скорее культового, чем военного зодчества; это стены митрополичьих или монастырских усадеб, где военно-оборонительные функции уступали место функциям художественно-идеологическим. Ближе к собственно крепостным сооружениям стояли каменные стены замков в Боголюбове (Суздальская земля) и в Холме (Западная Волынь). Однако и здесь художественные задачи, стремление создать торжественно-монументальное впечатление от княжеской резиденции играли большую роль, чем чисто военные требования.

По-видимому, единственным районом Руси, где уже в это время начала слагаться традиция строительства каменных оборонительных стен, была Новгородская земля. В сложении этой традиции значительную роль, вероятно, сыграло то обстоятельство, что в этом районе были выходы естественной известняковой плиты, которая очень легко добывается и дает превосходный материал для строительства.

Стены всех русских укреплений XI–XII вв. были, как сказано, деревянными. Они стояли на вершине вала и представляли собой бревенчатые срубы, скрепленные на определенных расстояниях короткими отрезками поперечных стенок, соединенных с продольными «в обло». Такие срубные стены, по-видимому, впервые стали применяться в русском военном зодчестве со второй половины Х в. Они были уже значительно более прочными, чем примитивные ограждения VIII–IX вв. (рис. 8 а).

Оборонительные стены русского города XI–XII вв.8 а. Оборонительные стены русского города XI–XII вв. Реконструкция автора.

Крепостные стены Белгорода. Конец Х в. Макет Государственного исторического музея.8 б. Крепостные стены Белгорода. Конец Х в. Макет Государственного исторического музея. Реконструкция Б. А. Рыбакова и М. В. Городцова.

Стены, состоявшие из отдельных, плотно приставленных один к другому срубов, отличались своеобразным ритмом торцов поперечных стенок: каждый отрезок стены, имевший в длину 3–4 м, чередовался с коротким промежутком длиной около 1 м. Каждое такое звено стены, вне зависимости от конструктивного типа, называлось городней . В тех случаях, когда оборонительные валы имели внутри деревянную конструкцию, наземные стены были тесно связаны с ней, являясь как бы ее непосредственным продолжением вверх над поверхностью вала (рис. 8 б).

Стены достигали в высоту примерно 3–5 м. В верхней части их снабжали боевым ходом в виде балкона или галереи, проходящей вдоль стены с ее внутренней стороны и прикрытой снаружи бревенчатым же бруствером. В древней Руси такие защитные устройства назывались забралами . Здесь во время боевых действий находились защитники, которые через бойницы в бруствере обстреливали противника. Возможно, что уже в XII в. такие боевые площадки иногда делали несколько выступающими перед плоскостью стены, что давало возможность стрелять с забрал не только вперед, но и вниз — к подножию стен, или лить на осаждающих кипяток. Сверху забрала прикрывали кровлей.

Важнейшим участком обороны крепости были ворота. В небольших укреплениях ворота, возможно, делались по типу обычных хозяйственных ворот. Однако в подавляющем большинстве крепостей ворота сооружались в виде башни с проездом в ее нижней части. Проезд ворот обычно располагался на уровне площадки, т. е. на уровне основания валов. Над проездом поднималась деревянная башня, к которой с боковых сторон примыкали валы и стены. Лишь в таких крупных городах, как Киев, Владимир, Новгород, при деревянных стенах были построены кирпичные или каменные ворота. До наших дней сохранились остатки главных ворот Киева и Владимира, носивших наименование Золотых (рис. 9). Помимо чисто военных функций, они служили торжественной аркой, выражавшей богатство и величие города; над воротами стояли надвратные церкви.

Пролет Золотых ворот во Владимире XII в.9. Пролет Золотых ворот во Владимире. XII в.

В тех случаях, когда перед воротами проходил ров, через него строили деревянный как правило, довольно узкий мост. В моменты опасности защитники города иногда сами уничтожали мосты, чтобы затруднить противнику подход к воротам. Специальные подъемные мосты на Руси в XI–XII вв. почти не применяли. Кроме основных ворот, в крепостях иногда Делали дополнительные скрытые выходы, большей частью в виде обшитых деревом проходов сквозь земляной вал. Снаружи они были закрыты тонкой стенкой и замаскированы, а использовались для устройства неожиданных вылазок во время осады.

Следует отметить, что в русских крепостях XI–XII вв., как правило, не было башен. В каждом городе существовала, конечно, воротная башня, но ее рассматривали именно как ворота, и так она всегда называется в древнерусских письменных источниках. Отдельные же, не надвратные, башни строили очень редко, исключительно как сторожевые вышки, располагая их на самом высоком месте и предназначая для обзора окрестностей, чтобы обезопасить крепость от неожиданного подхода врагов и внезапного захвата.

Строительство укреплений в эпоху средневековья было делом чрезвычайно ответственным, и понятно, что феодальная власть держала его в своих руках. Люди, руководившие строительством городов , были не ремесленниками, а представителями княжеской администрации, военно-инженерными специалистами. В древнерусских письменных источниках их называли городниками .

Строительство новых городских стен, а также перестройка и поддержание в боеспособном Состоянии уже существующих укреплений требовали огромных затрат рабочей силы и тяжело ложились на плечи феодально зависимого населения. Даже когда князья в виде особой привилегии вотчинникам освобождали зависимых крестьян от повинностей в пользу князя, они обычно не освобождали их от самой тяжелой обязанности — «городового дела». Точно так же не свободны были от этой повинности и горожане. О том, какого труда стоила работа по строительству оборонительных сооружений, можно судить по приблизительным подсчетам необходимых затрат рабочей силы. Так, например, для постройки самого крупного крепостного сооружения Киевской Руси — укреплений «города Ярослава» в Киеве — в течение примерно пяти лет должны были непрерывно работать около тысячи человек. Постройка небольшой крепости Мстиславль в Суздальской земле должна была занять примерно 180 рабочих в течение одного строительного сезона.

Крепостные сооружения имели не только чисто утилитарное, военное значение: они были и произведениями архитектуры, имевшими свое художественное лицо. Архитектурный облик города определяла в первую очередь его крепость; первое, что видел человек, подъезжавший к городу, это пояс крепостных стен и их боевые ворота. Недаром же такие ворота в Киеве и Владимире были оформлены как огромные триумфальные арки. Художественное значение крепостных сооружений прекрасно учитывали и сами строители крепостей, что достаточно ясно отражено в древнерусских письменных источниках.



biofile.ru

Смоленская крепостная стена - Стены крепости

Основание стены состоит из дубовых свай, забитых в дно котлована, на юге и востоке стена поставлена прямо на материк. Белокаменный, уширяющийся книзу, цоколь имеет прокладку из 3 - 10 рядов кирпича, над которой расположен белокаменный валик.

Основная часть крепостной стены сложена из обожженного кирпича и представляет собой «кирпичную рубашку»: состоит из двух вертикальных стенок, выложенных из нескольких рядов кирпича. Пространство между стенками засыпалось мелким булыжником, битым кирпичом, осколками белого камня и щебнем. Вся эта масса заливалась бутом (известковым раствором). Получался довольно прочный монолит. Кирпичная кладка, как правило, была горизонтальной. Лишь в северо-восточной части, где стена круто спускалась к Днепру, ряды кирпича наклонны и как бы повторяют рельеф местности, что также способствует исключительной прочности Смоленской крепости.

Толщина стены на одних участках равнялась 5,2 метра, на других - 5 метрам. Завершалась стена боевой площадкой, выстланной кирпичом. Ширина этой площадки между ограждавшими ее с обеих сторон зубцами равнялась 4-4,5 метра. По верху крепости действительно можно было, как говорится в предании, промчаться на тройке.

Высота стены на различных участках также неодинакова – от 13 до 19 метров. Это тоже обуславливалось рельефом местности. Там, где перед стеной простирались овраги и рвы, ее делали ниже и тоньше, потому что такие участки считались менее доступными для неприятеля. А на ровном пространстве ширину и высоту крепости увеличивали.

Внутренняя сторона крепости была выложена в форме аркады – непрерывного ряда плоских, неглубоких ниш в виде арок, многие из которых имели квадратную форму. Аркада украшала крепость. Но она была сделана не ради красоты, а, по-видимому, в целях экономии строительных материалов и в то же время для придания стене необходимой прочности и устойчивости. Кроме того, имелись арки с амбразурами, предназначенными для обстрела противника. Это еще больше усиливало огневую мощь крепости.

В самой стене были устроены ходы сообщения с башнями, а также кладовые для хранения боеприпасов. Особенностью крепостной стены является наличие 3-х уровней боя. Подошвенный бой - это первый ярус обороны крепости. Он был оборудован в прямоугольных печурах ее нижней части. Печуры представляли собой камеры, в которых устанавливались орудия и пищали.

Второй ярус – средний бой – расположен в центре стены. Он размещался в траншеевидных сводчатых камерах в центре стены, в которых стояли орудия. Стрелки поднимались к ним по приставленным деревянным лестницам. Таким образом, бойницы подошвенного и среднего боя чередуются в шахматном порядке. Стрелки поднимались в эти камеры по приставным лестницам. Бойницы обоих ярусов снаружи оформлены двойным рамочным обрамлением из тесаного кирпича, причем рамки среднего боя имеют еще и треугольные фронтончики.

Ведение третьего, «верхнего боя» предусматривалось с боевой площадки. Ее ширина – 4 - 4,5 м. Выход на площадку осуществлялся по каменным «всходам» – внутренним, узким лестницам, расположенных у воротных башен. Боевая площадка была ограждена снаружи чередующимися глухими и боевыми (имевшими удобные бойницы) зубцами. С наружной стороны между зубцами возвышались невысокие кирпичные перекрытия, из-за которых воины стреляли по врагу с колена. На внутренней кромке площадки стояли прямоугольные кирпичные столбы. На них держалась двускатная тесовая крыша. Она предохраняла стоявшие под ней довольно крупного калибра орудия и воинов от ветра, дождя или снега.

Крепость была построена по последнему слову тогдашних достижений фортификационного искусства

По материалам сайта: http://smolensk-7chudes.narod.ru

fix-builder.ru

Кронштадтская крепость. Прогулка вдоль крепостных стен

3 января 2018 года у нас состоялся первый в новом году поход, и был посвящен он изучению крепостей Российской Империи. В самом начале мы посетили 1-й Северный форт Кронштадта, устроенный на искусственном острове. А потом пошли в сам город, который весь представлял собой в прошлом большую крепость. Нашей целью было посмотреть хотя бы некоторые элементы городских укреплений, чтоб те, кто оказались в Кронштадте впервые, смогли понять, насколько это уникальный город, аналогов которому в России нет. Читатель увидит в моем репортаже не только стены и бойницы, но и очень интересный элемент - тайный ход внутри крепостной стены, по которому можно пройти!

Города, окруженные крепостными стенами - конечно не редкость. Их было у нас немало в стране - Псков, Смоленск, Новгород...Но все это были средневековые города. А вот городов-крепостей Нового Времени , окруженных по всему периметру укреплению, да еще на острове - больше не сыщешь. Кронштадт - единственный в своем роде! К тому же, он выполнял важнейшую роль - не только закрывал Петербург собой, но был еще и базой Балтийского флота, а еще защищал вход в Неву со стороны Финского залива.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА. Кронштадт был основан в 1704 году, хотя первые работы по созданию береговых батарей шли уже летом 1703 года, одновременно со стоительством Петербурга, который изначально тоже планировался лишь как крепость, а вовсе не как северная столица. Вначале здесь были построены лишь форт на острове - Кроншлот, да несколько береговых батарей. Но скоро при них стал появляться и полноценный город. Немалый вклад в развитие Кронштадта внес не только сам Петр, но и его верный и талантливый помощник Бурхард Миних, впоследствии весьма несправедливо забытый и приниженный в наших учебниках истории - в силу своего немецкого происхождения.

Первая крепость в самом Кронштадте была построена в 1723 году. Это была уже очень серьезная крепость - в ней были более 300 пушек, 71 офицер и около двух с половиной тысяч солдат. Первоначально она состояла из земляных валов и деревянных укреплений, которые постепенно заменялись каменными. В 1824 году сокрушительное наводнение обрушилось на Кронштадт и Петербург. Первому досталось больше всего - ведь в нем почти нет возвышенностей. Город и все укрепления оказались целиком под водой. Крепость и все форты - были разрушены этим жутким стихийным бедствием. С 1826 года начинается строительство новых укреплений. Были возведены и дошли до наших дней - мощная стена с западной стороны , где городу могла угрожать высадка большого вражеского десанта, кирпичные стены вокруг всего города, в которые вписаны оборонительные казармы, где одновременно могли и жить люди, и обороняться, стреляя из окон, укрывшись за толстыми стенами. Кроме этого - были построены полубашни, где размещалась артиллерия. Большинство из этих объектов сохранились, но находятся сейчас в жалком состоянии, забытые всеми, ненужные государству и играющим в патриотизм чиновникам, а население вообще не в курсе о том, что есть рядом такой уникальный памятник военной истории. Надо побольше всем показывать, рассказывать, привлекать к изучению - ведь это ценнейшее историческое наследие! Вот этим мы и занялись.

Итак, как уже говорил, мы шли в Кронштадт из 1-го Северного форта. (О посещении этого укрепления я писал здесь: Посещение 1-го Северного форта ) Несмотря на начало января, остров встретил нас зеленой травой. Близость моря замедляет приход морозов, зима здесь начинается еще позже, чем в Петербурге, где с ней тоже происходят  значительные задержки.

Тут случился приятный эпизод: мы дошли до пешеходного перехода напротив автобусной остановки, а там как раз подошел автобус. До зеленого света было почти две минуты, и он бы ушел, а следующего ждать минут 15-20. Но одна из наших туристок помахала руками, и автобус нас милостливо ждал все эти две минуты, пока не загорелся зеленый! Очень мило со стороны водителя, а также терпеливых пассажиров, которые не стали ругаться, а тоже ждали.

Вышли на остановке "16 квартал". Она расположена прямо перед крепостной стеной. Но сначала мы переходим ров крепости, который защищал подступы к стене.

Вдали - недоступная для обзора часть крепости. Вид ее весьма печален... хотя видно, что это очень интересный объект! Какую туристическую конфетку можно было бы сделать здесь!(

Но не будем грустить, пойдем к тому, что окультурено и доступно. Стена крепости, обращенная к врагу, который мог бы наступать с западной части острова, если б ему удалось там высадиться.

Такая каменная стена, сзади укрепленная еще и земляным валом, а также кирпичными строениями - тянется поперек острова, с северного берега до южного. Но в других местах она попадает на разные закрытые территории, и увидеть можно лишь ее кусочки.

Кто-то может подумать, что все это новодел, но я был там, где стена попадает на всякие автостоянки и прочие нетуристические зоны - там все так же, разве что более обшарпано. Так что стена может чуть реставрирована, но в целом она - настоящая. Такой и была. К сожалению, свой единственный серьезный бой Кронштадт проиграл - в 1921 году его , когда там подняли восстание матросы, штурмовали огромные орды большевиков. Первый штурм был отбит, но второй уже город не выдержал, тем более что около 7 тысяч защитников ушли по льду в Финляндию. Защитники города , которые остались до конца, были почти поголовно уничтожены, население отправлено в ссылки, город был растоптан и унижен. Если бы матросы тогда сами перешли в наступление, пока еще колебался и бастовал Петроград , пока еще не были собраны большие силы Красной Армии - вся история России могла пойти другим путем, потому что большевики тогда еле удержались. Но даже такой бой, проигранный, но сильно напугавший коммунистов, заставил их свернуть военный коммунизм и ввести НЭП, что дало людям целых 8 лет нормальной жизни. Давайте еще полюбуемся на эту внушительную стену крепости

А вот теперь веду туристов показывать кое-что еще более интересное, очень ценное - и почти никому не известное...Здесь участок стены, где есть тайный ход внутри - потерна. Такое есть очень мало где в России...

Вход в потерну. Выглядит непримечательно, никаких указателей или табличек нет, внутри темнота - вот и не заходит никто. Ни одна турфирма про него не знает, многие краеведы тоже. Но это же очень несправедливо! Такие места обязательно надо показывать людям, чтоб знали о своей истории, об искусстве предков....В общем, если будете здесь - вход в потерну в северной части западной стены, со стороны города.

Заходим внутрь. Раньше это было сделать сложнее - внутри был всякий хлам, доски, и особо далеко мы не заходили. Сегодня хлама почти нет - только вдали видна инвалидная коляска, кем-то припрятанная.

Чего только не найдешь внутри исторических памятников...

Идем дальше. Под ногами обломки кирпичей, пара автопокрышек, но в целом - идти безопасно и комфортно, бывало и хуже

Наша группа идет по темным коридорам внутри стены, навстречу неизведанному...

Ход в стене повернул налево.

Внушительная постройка, мощная. И такая вот красотища интересная - остается неизвестной людям! Петербуржцы, обязательно туда поезжайте, пока не завалили хламом - или не закрыли решетками, как бывает часто в последнее время!

Скоро ход закончился тупиковым помещением, из которого куда-то вели две дверки, заваленные песком. Раскапывать мы не стали.

Ружейная бойница в стене, чтоб стрелять из ружья по наступающему врагу.

А ныне можно бахнуть лишь по чьим-то огородам и складам, которые здесь устроены у стен крепости. Видно, что бойницу закладывали чем-то, чтоб не сквозило, видимо внутри потерны хранили что-то ценное.

Драгоценное историческое наследие России...И просто место, интересное для тех, кто любит полазать, поисследовать. Детям, например, здесь очень нравится.

Ну а мы пошли дальше. Перед нами стилизованная под старинные крепости башня учебного заведения, которую при  сильной необходимости тоже можно было бы использовать для ведения боя, установив пушки наверху. Башня приобрела странный двухцветный вид, потому что ее начали красить - но до конца дело так и не довели

Красивое сооружение.

Туристический бренд - Кронштадтская крепость  - используется только для одного дела

Реконструированный участок стены. Совершенно не настоящий, но зато красиво, хоть можно показать иностранцам

Можно зайти во двор.

Все красиво.

А дальше стена в натуральном состоянии

Разрушается... обтянули сеткой, чтоб кирпич не падал сверху. Но процесс разрушения это не остановит...

Там, где есть проезд внутри стены - можно увидеть ее толщину. Для начала 19 века - очень хорошая и мощная постройка!

Дальше часть стены снаружи огорожена уродливым забором.  Состояние стены печальное

Еще фрагмент стены. Снова видим бойницы, а также проход между разными арками стены.

Очень грустно выглядит стена здесь... И с каждым годом все хуже и хуже! На фото - кусок стены, который упирается в оборонительную казарму, представлявшую собой и общежитие, и укрепление одновременно.

Стало темнеть, поэтому мы пошли смотреть центр Кронштадта. Прошлись вдоль Адмиралтейства. Увидели полуразрушенные помещения складов. Их содержимое грузили прямо на небольшие корабли, заплывавшие в канал

Посмотрели на памятник российского инженерного дела - Доковый бассейн. Сюда сливалась вода из дока при их осушении, и текла она по оврагу, через который перекинут Макаровский мост. После этого в сухом доке можно было ремонтировать зашедшие туда корабли, которые оказывались стоящими на суше. Доковый бассейн на 11 метров ниже уровня моря, поэтому сюда и текла вода. Потом его осушали при помощи специальных машин, выливавших воду обратно в море.

Полюбовались на Морской собор.

И на Макаровский мост.

На новогодние гирлянды, стоящие там, где летом бьет фонтан. А ограда фонтана сделана в виде старинной крепости с бастионами. Такой была Кронштадтская крепость вначале, такой была и наша Петропавловская крепость в Петербурге.

Кронштадт - это город-крепость. Каждый его кусочек - это памятник нашей истории, науки, инженерного искусства. Здесь обязательно должен побывать каждый!

--------------------

Страница нашего туристического клуба: https://vk.com/club17791063

zamki-mira.livejournal.com

Кронштадтская крепость. Прогулка вдоль крепостных стен

3 января 2018 года у нас состоялся первый в новом году поход, и был посвящен он изучению крепостей Российской Империи. В самом начале мы посетили 1-й Северный форт Кронштадта, устроенный на искусственном острове. А потом пошли в сам город, который весь представлял собой в прошлом большую крепость. Нашей целью было посмотреть хотя бы некоторые элементы городских укреплений, чтоб те, кто оказались в Кронштадте впервые, смогли понять, насколько это уникальный город, аналогов которому в России нет. Читатель увидит в моем репортаже не только стены и бойницы, но и очень интересный элемент - тайный ход внутри крепостной стены, по которому можно пройти!

Города, окруженные крепостными стенами - конечно не редкость. Их было у нас немало в стране - Псков, Смоленск, Новгород...Но все это были средневековые города. А вот городов-крепостей Нового Времени , окруженных по всему периметру укреплению, да еще на острове - больше не сыщешь. Кронштадт - единственный в своем роде! К тому же, он выполнял важнейшую роль - не только закрывал Петербург собой, но был еще и базой Балтийского флота, а еще защищал вход в Неву со стороны Финского залива.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА. Кронштадт был основан в 1704 году, хотя первые работы по созданию береговых батарей шли уже летом 1703 года, одновременно со стоительством Петербурга, который изначально тоже планировался лишь как крепость, а вовсе не как северная столица. Вначале здесь были построены лишь форт на острове - Кроншлот, да несколько береговых батарей. Но скоро при них стал появляться и полноценный город. Немалый вклад в развитие Кронштадта внес не только сам Петр, но и его верный и талантливый помощник Бурхард Миних, впоследствии весьма несправедливо забытый и приниженный в наших учебниках истории - в силу своего немецкого происхождения.

Первая крепость в самом Кронштадте была построена в 1723 году. Это была уже очень серьезная крепость - в ней были более 300 пушек, 71 офицер и около двух с половиной тысяч солдат. Первоначально она состояла из земляных валов и деревянных укреплений, которые постепенно заменялись каменными. В 1824 году сокрушительное наводнение обрушилось на Кронштадт и Петербург. Первому досталось больше всего - ведь в нем почти нет возвышенностей. Город и все укрепления оказались целиком под водой. Крепость и все форты - были разрушены этим жутким стихийным бедствием. С 1826 года начинается строительство новых укреплений. Были возведены и дошли до наших дней - мощная стена с западной стороны , где городу могла угрожать высадка большого вражеского десанта, кирпичные стены вокруг всего города, в которые вписаны оборонительные казармы, где одновременно могли и жить люди, и обороняться, стреляя из окон, укрывшись за толстыми стенами. Кроме этого - были построены полубашни, где размещалась артиллерия. Большинство из этих объектов сохранились, но находятся сейчас в жалком состоянии, забытые всеми, ненужные государству и играющим в патриотизм чиновникам, а население вообще не в курсе о том, что есть рядом такой уникальный памятник военной истории. Надо побольше всем показывать, рассказывать, привлекать к изучению - ведь это ценнейшее историческое наследие! Вот этим мы и занялись.

Итак, как уже говорил, мы шли в Кронштадт из 1-го Северного форта. (О посещении этого укрепления я писал здесь: Посещение 1-го Северного форта ) Несмотря на начало января, остров встретил нас зеленой травой. Близость моря замедляет приход морозов, зима здесь начинается еще позже, чем в Петербурге, где с ней тоже происходят  значительные задержки.

Тут случился приятный эпизод: мы дошли до пешеходного перехода напротив автобусной остановки, а там как раз подошел автобус. До зеленого света было почти две минуты, и он бы ушел, а следующего ждать минут 15-20. Но одна из наших туристок помахала руками, и автобус нас милостливо ждал все эти две минуты, пока не загорелся зеленый! Очень мило со стороны водителя, а также терпеливых пассажиров, которые не стали ругаться, а тоже ждали.

Вышли на остановке "16 квартал". Она расположена прямо перед крепостной стеной. Но сначала мы переходим ров крепости, который защищал подступы к стене.

Вдали - недоступная для обзора часть крепости. Вид ее весьма печален... хотя видно, что это очень интересный объект! Какую туристическую конфетку можно было бы сделать здесь!(

Но не будем грустить, пойдем к тому, что окультурено и доступно. Стена крепости, обращенная к врагу, который мог бы наступать с западной части острова, если б ему удалось там высадиться.

Такая каменная стена, сзади укрепленная еще и земляным валом, а также кирпичными строениями - тянется поперек острова, с северного берега до южного. Но в других местах она попадает на разные закрытые территории, и увидеть можно лишь ее кусочки.

Кто-то может подумать, что все это новодел, но я был там, где стена попадает на всякие автостоянки и прочие нетуристические зоны - там все так же, разве что более обшарпано. Так что стена может чуть реставрирована, но в целом она - настоящая. Такой и была. К сожалению, свой единственный серьезный бой Кронштадт проиграл - в 1921 году его , когда там подняли восстание матросы, штурмовали огромные орды большевиков. Первый штурм был отбит, но второй уже город не выдержал, тем более что около 7 тысяч защитников ушли по льду в Финляндию. Защитники города , которые остались до конца, были почти поголовно уничтожены, население отправлено в ссылки, город был растоптан и унижен. Если бы матросы тогда сами перешли в наступление, пока еще колебался и бастовал Петроград , пока еще не были собраны большие силы Красной Армии - вся история России могла пойти другим путем, потому что большевики тогда еле удержались. Но даже такой бой, проигранный, но сильно напугавший коммунистов, заставил их свернуть военный коммунизм и ввести НЭП, что дало людям целых 8 лет нормальной жизни. Давайте еще полюбуемся на эту внушительную стену крепости

А вот теперь веду туристов показывать кое-что еще более интересное, очень ценное - и почти никому не известное...Здесь участок стены, где есть тайный ход внутри - потерна. Такое есть очень мало где в России...

Вход в потерну. Выглядит непримечательно, никаких указателей или табличек нет, внутри темнота - вот и не заходит никто. Ни одна турфирма про него не знает, многие краеведы тоже. Но это же очень несправедливо! Такие места обязательно надо показывать людям, чтоб знали о своей истории, об искусстве предков....В общем, если будете здесь - вход в потерну в северной части западной стены, со стороны города.

Заходим внутрь. Раньше это было сделать сложнее - внутри был всякий хлам, доски, и особо далеко мы не заходили. Сегодня хлама почти нет - только вдали видна инвалидная коляска, кем-то припрятанная.

Чего только не найдешь внутри исторических памятников...

Идем дальше. Под ногами обломки кирпичей, пара автопокрышек, но в целом - идти безопасно и комфортно, бывало и хуже

Наша группа идет по темным коридорам внутри стены, навстречу неизведанному...

Ход в стене повернул налево.

Внушительная постройка, мощная. И такая вот красотища интересная - остается неизвестной людям! Петербуржцы, обязательно туда поезжайте, пока не завалили хламом - или не закрыли решетками, как бывает часто в последнее время!

Скоро ход закончился тупиковым помещением, из которого куда-то вели две дверки, заваленные песком. Раскапывать мы не стали.

Ружейная бойница в стене, чтоб стрелять из ружья по наступающему врагу.

А ныне можно бахнуть лишь по чьим-то огородам и складам, которые здесь устроены у стен крепости. Видно, что бойницу закладывали чем-то, чтоб не сквозило, видимо внутри потерны хранили что-то ценное.

Драгоценное историческое наследие России...И просто место, интересное для тех, кто любит полазать, поисследовать. Детям, например, здесь очень нравится.

Ну а мы пошли дальше. Перед нами стилизованная под старинные крепости башня учебного заведения, которую при  сильной необходимости тоже можно было бы использовать для ведения боя, установив пушки наверху. Башня приобрела странный двухцветный вид, потому что ее начали красить - но до конца дело так и не довели

Красивое сооружение.

Туристический бренд - Кронштадтская крепость  - используется только для одного дела

Реконструированный участок стены. Совершенно не настоящий, но зато красиво, хоть можно показать иностранцам

Можно зайти во двор.

Все красиво.

А дальше стена в натуральном состоянии

Разрушается... обтянули сеткой, чтоб кирпич не падал сверху. Но процесс разрушения это не остановит...

Там, где есть проезд внутри стены - можно увидеть ее толщину. Для начала 19 века - очень хорошая и мощная постройка!

Дальше часть стены снаружи огорожена уродливым забором.  Состояние стены печальное

Еще фрагмент стены. Снова видим бойницы, а также проход между разными арками стены.

Очень грустно выглядит стена здесь... И с каждым годом все хуже и хуже! На фото - кусок стены, который упирается в оборонительную казарму, представлявшую собой и общежитие, и укрепление одновременно.

Стало темнеть, поэтому мы пошли смотреть центр Кронштадта. Прошлись вдоль Адмиралтейства. Увидели полуразрушенные помещения складов. Их содержимое грузили прямо на небольшие корабли, заплывавшие в канал

Посмотрели на памятник российского инженерного дела - Доковый бассейн. Сюда сливалась вода из дока при их осушении, и текла она по оврагу, через который перекинут Макаровский мост. После этого в сухом доке можно было ремонтировать зашедшие туда корабли, которые оказывались стоящими на суше. Доковый бассейн на 11 метров ниже уровня моря, поэтому сюда и текла вода. Потом его осушали при помощи специальных машин, выливавших воду обратно в море.

Полюбовались на Морской собор.

И на Макаровский мост.

На новогодние гирлянды, стоящие там, где летом бьет фонтан. А ограда фонтана сделана в виде старинной крепости с бастионами. Такой была Кронштадтская крепость вначале, такой была и наша Петропавловская крепость в Петербурге.

Кронштадт - это город-крепость. Каждый его кусочек - это памятник нашей истории, науки, инженерного искусства. Здесь обязательно должен побывать каждый!

--------------------

Страница нашего туристического клуба: https://vk.com/club17791063

architectstyle.livejournal.com